Карин остановилась, выдохнула и встала, смотря куда-то перед собой. Её светло-красные глаза стали почти белыми, полупрозрачными. Она стала искать бунтовщика, пользуясь своими способностями. *любит всех своих жён и особенно первую*
Онората же, поняв, что больше не нужна здесь, направилась к себе в кабинет. |Аватар by Tororo | Картинка by Алегро| Опьянев от наслаждения, о годах забыв, Старый дом, давно влюблённый в свою юность, Всеми стенами качался, окна отворив И всем тем, кто в нём жил, он это чудо дарил.
Сивый ухмыльнулся, Ну я же говорил. В этой суматохе какой-то заключённый посмел его задеть. Сивый может быть этого не заметил, если бы это было сделано НЕспециально. Но этот бандюга, задевший его, теперь стоял и нагло ухмылялся Сивому в лицо. Он сжал кулаки...
Карин, глухо шипя под нос, вошла обратно в коридор и окинула окружающих испепеляющим взглядом. Постояв несколько секунд, девушка скрылась за поворотом, уйдя в свой кабинет. Ворон усмехнулся, облокотившись о стенку. На его плече сидела крупная чёрная птица. Новички были явно удивлены этим, а вот уже давно заключённые в Ониксис знали, что это за птица. Ручная чёрная ворона, которую звали Верный. Ручной - понятие относительное. В Вороне птица души не чаяла, а вот на остальных смотрела как коршун на цыплят. *любит всех своих жён и особенно первую*
Онри сидела в своём кабинете, разбирая бумаги. В небольшой клетке, что стояла у стены, грызла семечки мышка. Медик иногда посматривала на неё, словно стараясь поднять себе настроение. |Аватар by Tororo | Картинка by Алегро| Опьянев от наслаждения, о годах забыв, Старый дом, давно влюблённый в свою юность, Всеми стенами качался, окна отворив И всем тем, кто в нём жил, он это чудо дарил.
Вздохнув полной грудью, Ворон отпустил Верного и потянулся. Скучно с вами как-то! - зевнул парень и медленно поплёлся в свою камеру, завалился на жалкое подобие кровати и вскоре засопел. Соседа по камере у Ворона не было, потому парень весь день скучал, шлялся по тюрьме и иногда затевал драки с другими заключёнными. Довольно скучная жизнь для человека, устоившего массовый геноцид. *любит всех своих жён и особенно первую*
Незаметно для всех наступила ночь. Народ разошёлся по камерам/комнатам, а потому в коридорах стало тише и пустыннее. Онри не спала - она записывала что-то в журнал учёта. Внезапно дверь в её кабинет без скрипа открылась и вошёл человек. Один из заключённых, судя по всему. Девушка внимательно на него посмотрела и задала обычный вопрос - Что случилось? Ответа не последовало. Вместо этого парень, злобно сверкнув глазами, вытащил из за пояса длинный изогнутый кинжал. - Позовёшь кого-нибудь, останешься без головы. *Перемотка на пару минут вперёд* Заключённый шёл за медиком, приставив к её шее кинжал. На пути никто так и не попался, а потому вскоре они оказались в длинном тёмном коридоре, в который редко заглядывали, так как не знали, что именно в конце этого ответвления имелся тайный выход наружу. Онората привела заключённого к массивной двери, у которой не было ни ручки, ни петлей. Девушка, подталкиваемая в спину преступником, нажала на один из кирпичей в стене - он легко подвинулся, а дверь приоткрылась. Хочется сказать, что парень очень рисковал - его отсутствие могли легко заметить, однако ему явно везло и пока что(Но только пока что) про него никто не вспомнил.
|Аватар by Tororo | Картинка by Алегро| Опьянев от наслаждения, о годах забыв, Старый дом, давно влюблённый в свою юность, Всеми стенами качался, окна отворив И всем тем, кто в нём жил, он это чудо дарил.
Басико никогда не спал ночью. Он вообще почти не спал. Ночью его часто можно было увидеть бродящим по Ониксису словно привидение. Многие новички очень сильно пугались, когда видели этого парня со светящимися глазами и огромного рыжего пса с шипасным ошейником, бесшумно прогуливающихся по тюрьме. Ярогрив принюхивался. Впрочем, не один он. Басико, обладавший не худшим нюхом, тоже насторожился. Чувствуешь, Яр? Это запах свободы, - усмехнулся Басико. Он чувствовал готовящийся побег. Он его чуял. Ярогрив громко зарычал, и его рык был слышен абсолютно на всех этажах Ониксиса. *любит всех своих жён и особенно первую*
